У артиста балета, да и у всякого, кто танцует осмысленно, всегда живёт внутренний протест — неприятие себя настоящего, обыденного, того, кто просто живёт и двигается, как все.
Он постоянно находится в поиске себя лучшего, стремится выразить свою лучшую сущность. Ради этого артист тренирует своё тело, порой истязает его, чтобы добиться наиболее полного выражения своих внутренних представлений о прекрасном.
А прекрасное для него — где-то далеко, не здесь. Там, откуда душа когда-то ушла и куда стремится снова вернуться — в состояние невесомости и вечного блаженства.
Вот почему артист балета прыгает. Вот почему даже маленькая девочка раскрывает руки в стороны и кружится, словно желая оторваться от земли, перестать чувствовать её тяжесть.
Иначе всё это было бы лишь бессмысленным дрыганьем тела, лишённым ритма и музыки.
Артист балета всё это чувствует, но не умеет выразить словами.
За него говорит его тело.