Сегодня принято считать, что классический балет — это универсальная форма искусства, которую можно воспроизвести в любое время и в любом обществе, были бы деньги и репетиционный зал. Это глубокое заблуждение. Тот великий, подлинный балет, эталоном которого до сих пор служат «Жизель» или «Лебединое озеро», не был просто «репертуаром». Он являлся продуктом уникальной, ушедшей социально-экономической эпохи. В современном мире в своём первозданном, сакральном виде он существовать больше не может.
Этому есть два жестких, объективных доказательства.
1. Культура материального избытка против рыночной окупаемости
Романтический балет XIX века — это невероятно дорогое, штучное и элитарное искусство. Оно могло родиться и жить только тогда, когда материальное состояние определенной кучки людей — высшей государственной аристократии, монаршего двора и богатейших меценатов — позволяло полностью содержать огромные театры, оркестры и школы, вообще не считая денег.
В той системе координат балет не должен был окупаться. Он не был бизнесом. Он служил исключительно репрезентации имперского величия и чистой вертикали духа.
Современный капиталистический мир устроен иначе. Сегодня даже государственные театры подчинены законам рынка, рекламы и спонсорства. Пытаться встроить сакральное искусство в систему, где главным мерилом является продажа билетов массовому зрителю, — значит автоматически его уничтожить. Чтобы выжить и продать себя, балет сегодня вынужден упрощаться, завлекать и превращаться в доступный коммерческий продукт.
2. Уникальные условия времени и жесткой сословной дисциплины
Создание балетного шедевра требует колоссального, нерыночного ресурса времени. Сословное общество прошлого могло позволить себе годами изолировать человека в хореографическом училище, отшлифовывая его технику, выстраивая железную балетную дисциплину и закладывая глубочайшую гуманитарную базу (включая историю искусств и костюма).
Это были идеальные, «тепличные» условия для вызревания гения, полностью скрытые от законов материального выживания.
Современное устройство общества с его бешеным ритмом, культом быстрых денег и клиповым мышлением физически не способно оплачивать такое медленное, созерцательное и чистое служение искусству. Как только исчезли те социально-политические условия, которые взрастили классический канон, великий балет потерял свою почву.
Вывод
Всё, что мы видим на современных подмостках — это попытка массового общества потребления прикоснуться к осколкам чужой, ушедшей цивилизации. Настоящий романтический балет умер вместе с породившим его обществом. Сегодня мы можем лишь бережно, как музейный экспонат, сохранять эти крупицы прошлого, четко осознавая: в современных рыночных реалиях повторение этой вспышки духа невозможно.